Проект "Книга умных"
Рекомендованный ресурс:
  • .

Человек с большой буквы: Петер Фройхен

Если заглянуть в википедию, там будет написано примерно так:
Петер Фройхен (родился 20.02.1886, умер 2.09.1957) — датский исследователь полярного полюса, писатель.
Вместе со своим другом Кнудом Размуссеном ( Knud Rasmussen) он создал северо–гренландскую торговую станцию под названием Thule и участвовал в нескольких полярных экспедициях.

Ну как бы ничего особенного на первый взгляд. На самом деле личностью он оказался неординарной. При этом необычайно скромным человеком. Он в такой простой манере он описывает свои приключения, как–будто ничего особенного. Познакомьтесь с ним ближе на сайте и узнайте жажде нового, поисках своего места в жизни, дружбе, уважении ко всему живому.
640x806 px

hule — торговая станция. Да просто небольшой домик. Чтобы частично финансировать экспедиции и исследования Арктики, друзья Петер и Кнуд организовали эту станцию. Они привозили туда товар, нужный эскимосам и обменивали его на меха. А что нужно эскимосам? Да к примеру дерево. Без дерева невозможно построить каяк. А без каяка невозможно свободно передвигаться.
Когда не было каяков, то приходилось по льду перебираться на острова, где селились в большом количестве птицы.
И оставаться там месяцами. Днём люди были вынуждены сидеть в темноте в своих палатках, не создавая большого шума. И только ночью они выбирались наружу, чтобы собирать птичьи яйца. Птицы не должны были заподозрить, что рядом находятся люди.
Вообще тема еды в суровых условиях Арктики всегда очень злободневна. Растительности практически нет. А животные сами в капкан не бегут.

Со временем конечно образовалось селение вокруг этой торговой станции.
Вот так она выглядела.
525x372 px

А так выглядели совсем ещё молодые Петер(слева) и Кнуд
525x809 px

Петер решил посетить Thule, увидеть старых друзей. Но его друзья–эскимосы покидают селение. А причина этому — военный аэропорт, принадлежащий США. Слишком много шума от него, животные уходят.
Эскимосы переселяются ещё севернее. С тех мест, где столетиями жили их предки. Охота стала невозможной. И, хотя от короля Дании местное население получает денежную компенсацию, люди голодают. Они не хотят жить за чужой счёт, они несчастны.
«Жизнь сегодня стала тяжелее чем смерть. А смерть не за горами, если дальше так будет продолжаться.»

Во время Второй Мировой войны Дания разрешила США разместить в Гренландии военные базы. Было одно единственное условие, что после окончания войны базы будут убраны. Чего не произошло и по сей день.
888x590 px

Для местных всё это вторжение превращается в катастрофу. Это не только шум от самолётов. В бухты заходят военные корабли, ломают лёд, который важен как для людей так и для животных. В воду сливают отработанное машинное масло.
Никто не обращает внимания на маленький народ, на птиц и китов. И такое случалось и случается в любом уголке нашей планеты.
«И не на кого обижаться. Никто не может сказать, что важнее в этом мире.»

Петера встречают в Thule как друга, как легенду. О нём и его приключениях рассказывают истории, его любят все.

Американцы просят исследователя провести лекцию о жизни и быте местных, о которых они ничего не знают. Военным запрещено иметь какие–либо контакты с местным населением.
С одной стороны такой приказ оскорбляет эскимосов, с другой он необходим…
У Фройхена нет ненависти к американцам. Он пытается понять ситуацию, очень болеет за свой народ. Эскимосы стали его народом. Они для него не отсталые от цивилизации варвары. Много раз в своей книге он будет восхищаться обычаями и мудростью эскимосов, их жизненной силой и опытом, их социальностью.
413x599 px

У приезжих нет никакого уважения к местным, никакого понимания и желания жить, существовать вместе. Вернее понимания, что люди разные. Что одному — хорошо, другому — наоборот.
В Thule стало приходить много судов с товаром в больших деревянных ящиках. Раз в неделю эскимосам разрешалось приходить и забирать себе эти ящики. По доброте американцы начали класть в эти ящики одежду и продукты питания. Но из–за незнания местных обычаев, сделали только хуже.
Если эскимос получает что–то в подарок, он чувствует себя обязанным. Он настаивает взять у него что–то взамен. Американцы этого не понимали и перестали дарить ящики.
Несмотря на все трудности, которые принесли американцы с собой, эскимосы не держали на них зла.

«Люди, которые живут в таких суровых условиях, не потеряли через века свою любовь к жизни, свою необыкновенную жизненную силу. Люди, которые пережили много раз голод, ценят еду. Мужчины, которые не раз смотрели смерти в лицо, понимают толк в жизни и наслаждаются ей.
Люди, жизнь которых годами кажется такой однотонной без каких–либо больших происшествий, они радуются каждой новости, каждому путнику. Поэтому эскимосы счастливы.»
348x599 px

800x501 px

Одним из самых ранних детских воспоминаний Петера было «…моя мама посылала домработницу
в сад со словами:»Беги в сад, посмотри, что делают дети и скажи им, что это делать нельзя»…»
Семь детей в семье и много друзей. Родители воспитывали детей демократично, при этом не балуя их.

«У нас была полная свобода. Мы проводили бесконечные прекрасные дни в лесах и в нашей маленькой лодке на реке. В любую погоду мы были на улице, и родители нас в этом поддерживали. Когда перед выходом на улицу мы старались одеться потеплее, то получали насмешки со стороны родителей, которые дразнили нас маменькими сынками..» Только в одном случае родители волновались о здоровье детей. Когда те падали в холодную воду. Тогда им нужно было отлёживаться в кровати. Поэтому, намочив в очередной раз одежду, Петер просто не шёл домой, она сохла на нём. Зимой и летом. Вот такая закалка организма, которая не раз спасла ему жизнь позже.


1250x833 px

690x400 px

Счастливое детство, понимающие родители, которых Петер воспринимал скорее как своих друзей.
В подростковом возрасте Петер и его брат Том решили, что хотят начать курить и сообщили об этом отцу. Он разрешил при условии, что подростки сами добудут табак. Братья купили пачку табака, посеяли его в саду и старательно за ним ухаживали, но безрезультатно. Один друг рассказал, что растениям табака нужно около двух лет, чтобы подрасти. Братья ждали почти год, но потом их терпение лопнуло.
Так Петер и не научился курить.
1024x683 px

Школьное время — время плохих, плохо оплачиваемых учителей. Всю свою энергию ученики тратили на выдумывание всяческих издевательств для учителей. Куда уж тут до уважения. Одного учителя можно было подкупать дешёвыми сигарами, чтобы он не спрашивал задание.
Тут нагревали дверную ручку класса спиртовой лампой. Прятали петуха в стол учителю.
Единственный предмет, который мальчишкам нравился, был спорт.

В целом, как пишет сам Петер, школа и гимназия были отвратительной подготовкой к университету. Не было никакой зрелости и концентрации. А Петер готовился к изучению медицины. В воспоминаниях он пишет, что не помнит, какого чёрта он тогда выбрал медицину.
Чтобы получить разрешение обучаться в университете, нужно было иметь философское образование. Для этого Петеру пришлось прослушать курс философии. Сидя на лекциях Петер понял, что зря теряет время.
Как в те времена было часто, он нанял так называемого «зубрилу», который вбивал в ученика основные вопросы и ответы по теме. Петер просто зазубривал наизусть пассажи из учебников.
Только через некоторое время всё это Петеру надоело, он отвлёкся на драматический кружок.
Но в последствии всё же решил сдать экзамен по философии.
Попав в драку, Петер сломал руку и ключицу. И это помогло ему как–то сдать экзамен с горем пополам.
В последние дни перед экзаменом Петер сильно повредил левую руку. Правая–то уже была в гипсе. Он орудовал левой и порезал глубоко два пальца. И подцепил заражение крови в придачу.
Когда Петер явился на экзамен, его правая рука была в гипсе, левая тоже перебинтована. Друзья нахлобучили ему на голову белый тюрбан. Один студент открыл Петеру дверь, другой помог ему сесть на стул. Третий шептал профессору на ухо, пожалеть Петера.
Это было единственное академическое звание в его жизни «candidatus philosophiae».

На фото Петер(справа) со своим другом Кнудом

450x698 px

Не теряя времени, ещё с повязкой на руке, Петер отправился к знаменитому исследователю Эрихсону(Ludvig Mylius–Erichsen). Эрихсон собирался в очередную экспедицию в Гренландию. Эрихсэн пообещал найти место для Петера.
Тогда ещё наивный( как он сам пишет) Петер и не подозревал, что для экспедиции нужно много денег, одного желания мало.
Мало того найти команду, специалистов, исследователей, так ещё нужно обеспечить финансирование.
После многих усилий датское правительство согласилось выделить на экспедицию 130 тыс. крон. При условии, что организатор этой экспедиции найдёт мецената, который добавит ещё такую же сумму.

Один торговец согласился сразу же дать 20 тыс.крон. Только вот своё предложение он вскоре забрал назад.
А произошло вот что. До ушей торговца дошёл слух, что Эрихсэн был замечен купающимся в море с женщиной!
И правда Ерихсэн пошёл на пляж с одной женщиной, оба были в купальниках, купались. Только вот многие считали такой поступок аморальным.
Деньги на экспедицию всё же удалось собрать.
В первые Эрихсэн хотел создать демократическую экспедицию. Чтобы все члены её жили вместе, не было иерархии.
До самой экспедиции было всё же очень далеко. Бесконечные сборы и банкеты, дискуссии, выступления полярных исследователей. Членов экспедиции становилось всё больше.
Наконец более практично настроенные члены экспедиции начали действовать. Был найден корабль. Пришлось ехать в Норвегию, приводить корабль в порядок. Но, когда всё уже было готово к отплытию в Данию, владелец корабля запретил кораблю покидать гавань. Внезапно он засомневался, сможет ли корабль вернуться целым из такой экспедиции.
Пришлось возвращаться в Данию на поезде, ни с чем.

Через три месяца Эрихсэн предложил Петеру быть истопником на корабле во время экпедиции. Петер никогда не видел изнутри топку и никогда не видел большего огня как в их печи дома. Но он в такой эйфории от предстоящей экпедиции, что соглашался на всё.
Петер устроился для практики на один корабль, отправлявшийся в Гренландию. К тому же нужно было подготовить экспедицию дальше. Найти собак для упряжек, эскимосов для сопровождения и тд.
Работа в машинном отделении была тяжёлой.
«Истопники считались тогда самыми последними сволочами человечества. Они были грубым обществом. Не было дня, чтобы кто–то не подрался. И дрались не из–за ненависти, а потому, что так они решали свои разногласия.»

Еду истопники получали недельным рационом. Раз в неделю получали хлеб, муку. Можно было часть хлеба выбирать белым в виде блинов или пудинга. Если брали белый хлеб, то он за короткое время от сажи превращался в чёрный. Всё остальное считалось за правило воровать на корабле. Но за пределами корабля никто не воровал.

Работа была тяжёлая. Частью было не просто удерживать показатель котла на нужном уровне. Потому что уголь был не качественный, давал много пепла. Этот пепел нужно было вычищать. К тому же после сжигания угля образовывалось много шлака. То есть кусочки угля сплавлялись в большие куски, которые приходилось разбивать.
На фото Ludvig Mylius–Erichsen и корабль Hans Egede.

550x325 px

Мало было желания, знаний. Нужно было найти финансирование. Вот поэтому Петер и Кнуд и устроили торговую станцию Thule, чтобы частично финансировать свои исследования и экспедиции. Без денег никуда.
Членами эскпедиций становились в основном энтузиасты. По ходу дела они учились, набирались опыта. Конечно и нанимались профессионалы. Капитан корабля к примеру, проводники из местных.

Гренландия, конец апреля. Петер сразу же отправился на землю. По пояс в снегу, все промокшие но счастливые Петер и его друзья добрались до ближней деревни. В тот вечер в одной из мастерских были танцы. Местные были рады чужакам и любым новостям. Один местный пригласил Петера к себе на кофе.
Петер был горд, что его пригласили и представлял уже себе, как они будут сидеть в землянке у костра и обгладывать кости моржа во время беседы : )
Но уже по дороге домой Петер узнал, что его спутник фотограф по профессии и изготавливает чучела птиц. Человек оказался очень интеллигентным. Петер спрашивал много о Гренландии и рассказал о предстоящей экспедиции.
Был поздний вечер, другие коллеги уже отправились назад на корабль.
Новый друг Петера спросил его, помнит ли тот дорогу назад к гавани.
Петер хотел выглядеть опытным путешественником и сказал, что не стоит о нём беспокоиться. И зря.
Было ужасно темно, один валун снега был похож на другой, никакого ориентира вокруг. Снег по пояс.
Через некоторое время Петер наткнулся на пустое здание и ряд бедных эскимосских хижин.
Женщина выглянула из хижины. Петер совсем не говорил на местном языке. Он начал жестикулировать, произносить слово корабль и название корабля в надежде, что его поймут.
Через короткое время Петер стал аттракционом деревни. Люди собрались вокруг него, что–то говорили, смеялись, показывали на него пальцем.
«Моя первая мысль была, что они спорят за право(честь), кто будет меня сопровождать, кто будет моим проводником. Но быстро пришло разочарование. Они показывали на мои карманы и пытались дать мне понять, что им нужны деньги. Много у меня не было, я отдал им всё, что у меня было. Через пару секунд весь цирк испарился. Опять стоял я один в ночи.»

Две девушки всё же проводили Петера назад в деревню, где прошлым вечером были танцы. Было утро, нужно было начинать путь к гавани снова. Петер блуждал, пока не пришёл к морю. Тут он устал и решил присесть, но тут же вскочил. Он вспомнил ужасные истории, что вот так вот и начинается конец. Устаёшь, садишься отдохнуть, глаза закрываются и тд. На снегу были следы маленьких эскимосских ног и больших ног датчанина.
Наконец Петер заметил следы от лыж и направился по ним. Следы терялись, появлялись снова, потом шли в противоположную сторону.
Петер был уже настолько измотан, что начал представлять себе, что он один на всей Земле, никого больше не осталось.
И тут он наткнулся на группу людей. Это были местные. один из них спросил, не хочет ли Петер вернуться на корабль. Петер попытался как мог небрежно ответить, что почему бы и нет.
Тогда местные спросили, почему тогда Петер идёт в противоположном направлении.
ВСЮ ночь местные наблюдали за странным приезжим, ходящим тут и там кругами. Они спросили, может он ботаник и изучал местную растительность. На что Петер ответил утвердительно : )
На корабле Петер получил взбучку от начальства, что без разрешения оставался всю ночь на суше.
Отмазки про ботанику не помогли.

Интересно первое знакомство Петера с местной женщиной. Звали её Арнарак. Славилась она своей красотой во всей округе. Её портрет должен висеть в одном музее в Дании.
И вот вечером Петер с девушкой собираются на танцы. Она приглашает его к себе домой, чтобы переодеться. Сняв верхнюю одежду, она остаётся в белоснежном нижнем белье. Флюиды Петера зашкаливают. И тут она, переодевшись, распускает ленту на своих густых, длинных волосах, красоте которых завидовали все девушки в округе.
Петер чувствует, что девушка хочет как–то особенно прихорошиться для особенного вечера с ним.
И тут она вытаскивает из–под кровати большой жбан с мочой и моет там свои волосы.
Пылкие чувства Петера пропадают мгновенно.
Поскольку парень он был высокий, то весь вечер во время танцев ему приходилось нюхать аммиачный запах её волос. Короче, он был рад свалить, когда его коллеги собрались назад на корабль.
Не вышло любви. Но с девушкой они всё же стали хорошими друзьями.
Кстати мытьё волос в моче было нормальным явлением среди местных. При этом Петер не раз подчёркивает чистоплотность местного населения.
На фото гренландская женщина в национальном костюме.
419x490 px

На корабле, на котором находился Петер, был врач для команды. И тут этот врач заболел, да так, что его пришлось переправлять на берег. Вся эта ситуация вызвала бурный смех местного населения. Типа что же это за врач такой, который себя не может вылечить и уберечь от болезней.
В местечке Хольстенборг была своя маленькая больница, состоявшая из двух маленьких помещений. Повезло, что в больнице как раз не было пациентов. Потому что, когда у эскимосов кто–то заболевал, то все родственники ложились в больницу вместе с ним.
В этом же городке решили прикупить собак для будущей экспедиции.
Впервые Петер увидел умиак. Это такая лодка у эскимосов. Женская лодка. То есть ей управляют женщины.
Лодкой управляли восемь сильных женщин. И два пассажира. В помощь ещё два мужчины на каяках.
Лодка эта сделана из множества шкур тюленя, остов из китового уса.
Во время путешествия внезапно началась охота на тюленя. Одна из девушек неудачно наступила на дно лодки между шкурами и проделала таким образом дыру, через которую начала просачиваться ледяная вода. По приказу одного из мужчин ей пришлось затыкать эту дыру своей ногой до самого берега.
Во время поездки Петер чувствовал себя очень неудобно, он сидит, а женщины гребут вёслами. Но у эскимосов считалось неприличным, чтобы мужчина управлял женской лодкой.

Петер всё же настоял на том, чтобы заменить одну девушку. Через пару часов он так устал, что ему пришлось прекратить грести. Женщины же гребли казалось без проблем. При чём им приходилось каждый раз вставать во весь рост. Они ещё постоянно весело общались между собой и пели песни.
Сын одной женщины сопровождал умияк на своём каяке. Мальчику 14 лет. Периодически он подплывал к матери, и она кормила его грудью. Это тоже оказалось обычаем среди эскимосом. Позже Кнуд Размуссен рассказывал об одном мужчине, которого его мать кормила грудью до его свадьбы. По обычаю женщина у эскимосов считалась старой, когда уже не могла вскармливать своих детей материнским молоком.
После 13 часов непрерывной поездки женщины были ещё в силах идти на танцы.
335x400 px

По возвращению назад в Данию Петер узнал, что Эрихсэн купил корабль для экспедиции. Корабль переименовали в Danmark. Это был старый норвежский парусный корабль, сделанный из стабильного дуба. Петер отправился с кораблём в Копенгаген.
Экспедиция в полярный регион была тогда сенсацией. Люди толпами приходили в порт посмотреть на сумасшедших, которые собираются в эту экспедицию. Люди бродили по кораблю и задавали идиотские вопросы.
Команда мстила тем, что рассказывала зевакам невероятнейшие истории.
Некоторым любопытным разрешали забираться на одну из мачт. Моряк привязывал человека к мачте типа для страховки. Его отвязывали только после того, когда он обещал угостить команду пивом.
Большинство посетителей понимали шутку. Но только не один немец. Одним из таких посетителей оказался молодой принц Ройс из немецкого посольства в Дании. Он тоже пообещал пиво, но обещание не сдержал, да ещё пожаловался в посольство на команду.
На фото команда корабля Danmark. Петер тоже на фото как и сам Эрихсэн.


400x266 px

Как–то старая посудина была приведена в порядок и под протекцией самого кронпринца выпущена на воду. Как пишет сам Петер, это было вообще чудо, что корабль двигался. Это был по всей вероятности последний датский корабль с одноцилиндровым мотором. После трёх дней путешествия сломалась прогнившая парусная жердь. Пришлось зайти в порт. Было стыдно, поэтому Эрихсэн придумал для репортёров историю с ужасным штормом. На что конечно остальные моряки других судов возмутились. В общем, как Петер и команда узнали намного позже, этот момент был самым критическим в экспедиции. Пришло много неоплаченных счетов, даже хотели отстранить Эрихсэна от его должности.
Сама команда состояла большей частью из полных дилетантов. Это были люди с разными учёными степенями. Но в море они ещё никогда не выходили.
Сама экспедиция задумывалась на три года. И на три года нужно большое количество провианта.
В Исландии команда поняла, что никто по сути не знает, какая же грузоподъёмность корабля.
Провиант–то конечно подготовили, всё закупили. Только вот для его транспортировки нужно было как минимум два таких корабля. Пришлось отказаться от части вещей.
Первыми пострадали шесть лошадей. Они должны были служить тяговой силой, а потом пропитанием.
Потом пришлось оставить 8 тыс. бутылок пива. Его экспедиции подарила одна пивоварня. К тому же во время стопа в Исландии команде пришлось выпить несколько ящиков шампанского, которое вообще–то предназначалось для празднования нового года во время экспедиции.
Во время путешествия корабля в Исландию были потеряны несколько собак, купленных для самой экспедиции.
О них толком никто не заботился. Собаки оставались снаружи на палубе. Некоторых из них смыло в море.
Собаки бродили по палубе, и скоро вся она была в их какашках. Еду им ещё иногда приносили, но вот воду забыли. Хотя большая часть животных всё же отлично пережила невзгоды.
После нескольких дней празднования корабль наконец отправился в путешествие.

Эрихсэн на корабле с собачками
800x376 px

Через какое–то время корабль был зажат льдом. Во время вынужденной остановки Эрихсэн решил не терять время и устроили учения. Нужно было по команде спустить спасательные лодки с корабля. Командир лодки, где оказался Петер, решил проверить провизию, которая была предусмотрена на особый случай. Открыли одну жестянку. Солёные огурцы. Во всех жестянках были солёные огурцы. Но это горе было ещё ничего по сравнению с тем, что произошло позже. Перед учениями кто–то забыл закрыть двери в камбуз и кладовую. Собаки забрались туда и сожрали всё, что там находилось. Даже кожаные вещи собаки сжевали. Помещения были полны грязи и собачьего дерьма.
И вот тут Эрихсэн первый раз в экспедиции впал в ужасную истерику. Он орал, топал ногами и почти плакал.

На фото Mylius–Erichsen на борту Danmark
800x527 px

так шла вторая половина 1906 года. На капе Бисмарк было найдено хорошее место для стоянки корабля. Нужно было оборудовать зимние квартиры. Часть команды была оставлена ещё севернее.
Петер остался со всеми. На берегу была возведена «вилла» на четыре персоны. Этих избранных остальная команда называла «аристократами». Им не нужно было ютиться со всеми на корабле. Петер был ассистентом доктора Вегенера. В его обязанности входила проверка термометров, установленных в ящиках на горах вокруг. Три раза в день нужно было проверять термометры и записывать температуру в журнал. Так же раз в месяц нужно было проводить 24–х часовой осмотр берега, льдов и на вершине мачты в бочке.
В то время карты Гренландии ещё были не полными. Очертания берегов были не картографированы до конца, не говоря уже о внутренней части территории.
Вопрос питания был очень острым. Нужно было кормить большую свору собак, не говоря о людях. Охотились в основном на белых медведей и моржей.

Медведи часто сами приходили к лагерю из любопытства. Большинство их убивал повар. Окна его кухни выходили на север, и он видел медведей по обыкновению первым.

Люди боялись, что зима будет тёмной, жизнь в лагере однообразной и нудной. Однако это оказалось не так. В лагере было много работы. Петер постоянно контролировал термографы и барографы. К тому же запустили воздушного змея с различными измерительными инструментами и воздушные баллоны. Эти баллоны поднимались на высоту около 4 тыс.метров. Для их спуска использовали самодельный автомобиль, который накручивал длинную верёвку. Автомобиль этот сделали машинисты из подручных средств. Правда случилось так, что автомобиль ушёл под лёд. И с того времени Петеру пришлось наматывать верёвку вручную.
1024x653 px

Месячные 24–х часовые исследование были тоже не сахар. После таких суток Петер спал как мёртвый. Это спало его однажды от пищевого отравления. Оказывается печень медведей не такая уж и безобидная. Была такая легенда, что печень белого медведя ядовита. Но люди в это не верили, повар приготовил рагу из печени.
Кроме поноса и высокой температуры страдало так же зрение. Шелушилась кожа.
Странно то, из последующих наблюдений, что иногда люди заболевали, иногда нет. Эскимосы никогда не ели печень. Собаки иногда ели, иногда нет.

Скоро пришло Рождество. Праздновали с ромом, пуншем и шампанским. Петер злился и не раз, что не курил и не любил алкоголь. Хотя у тех, кто курил, были проблемы в лагере.
В Дании было приобретено для экспедиции несметное количество спичечных коробков. Только вот большинство их раздарили людям на память о предстоящей экспедиции. Поэтому в Гренландии пришлось рационировать спички по коробку на человека раз в два месяца. Что для курильщиков было естественно мало. Спички превратились в такую себе валюту, на них играли в карты.
Вот так был завален корабль снегом.
489x367 px

Рассказ об экспедиции в журнале L´ILLUSTRATION 12 décembre 1908

Пришла весна, начались вылазки вдоль берега на собачьих упряжках. Нужно было дополнять географические карты.
Группа людей отправилась на север. Петер и другие изучали местность пешком, при этом закладывая депо. Это такие схроны с продуктами питания и необходимым для путников. Это были герметично закрытые металлические ящики. Вроде всё было продумано, но на практике совсем не идеально. В ящиках были продукты питания для одного человека на месяц. Среди них были баночки с перцем. Только вот крышечки этих баночек легко раскрывались и посыпали перцем всё содержимое.

Эрихсэн уже был так далеко на севере. Но он не оценил значение местных построек — иглу или снежных хижин.
Всю экспедицию пользовались брезентовыми палатками с пришитым дном, которые быстро деревенели и были неудобны.
Так же с санями были проблемы. Перед экспедицией Эрихсэн заявил, что каждый должен сам сделать сани уже на месте. Только вот он не учёл одного — в Гренландии не растут деревья.
Хорошо, что корабельный плотник взял с собой несколько тяжёлых досок, не смотря на запрет Эрихсэна.
Вот из этих досок и сделали сани.

620x356 px

Эрихсэн сделал много ошибок, и все их ему пришлось заплатить своей жизнью. Он и его спутники не вернулись со своей поездки на север. Кто–то из команды встретил Эрихсэна с двумя коллегами в дороге. Эрихсэн не стал придерживаться своего плана. Он обнаружил большой Датский фьорд и решил идти до конца, видимо не рассчитав сил.
На фото все трое

Как–то летом Петеру пришлось тянуть сани по льду на соседний остров. Лёд был весь в глубоких трещинах, полон воды. Ботинки Петера были дырявые, они быстро напитались воды. Коллега Петера спросил его, почему он мучается с этими ботинками, толку от них всё равно нет, только тяжесть на ногах. Короче Петер снял ботинки и ощутил, что так идти намного легче.
Нормальный человек разве такое выдержит? Выше где–то я писала о детстве Петера. Что он часто бегал в мокрой одежде, потому что боялся, что если он придёт мокрый домой, то его уже не выпустят больше гулять.
Проводить исследования на Полюсе могли только такие люди, закалённые ещё генами своих предков. Нормальный человек уже давно бы сковырнулся.

На фото пример такого схрона с необходимым для путника. Их делали везде. Такие схроны не раз спасали жизнь путешественникам. Кроме еды там были горелки с горючим.
1024x782 px

К концу лета было принято решение, обустроить ещё одну метеорологическую станцию подальше от береговой линии, в глубине острова. Петеру предстояло одному провести там зиму и заниматься наблюдениями.
Он сам построил себе маленькое жилище размером три на два локтя( один локоть около 40–50 см) без всякой изоляции. Во время зимы внутреннее помещение постепенно уменьшалось из–за постоянно нарастающего льда, покрывающего стены и пол.
Первые пару недель у Петера был постоянный контакт с лагерем. Из лагеря каждую неделю привозили провизию.
Но зимой контакт был невозможен. Петеру было сказано или самому перебиваться или возвращаться в лагерь.
Этой зимой было много волков, огромных полярных волков.

Вот на фото пример, какого размера полярные волки

Эти волки приходили не стаями, а семьями. И они быстро прикончили семь собак, которых оставил с собой Петер на зимовку. Ночами волки бродили вокруг жилища Петера, протяжно выли, забирались на крышу. Петер поставил ловушку на крыше и таким способом смог двоих поймать.

Самым ужасным заданием было каждый день проверять температуру. Измерительные приборы находились недалеко от жилища, на отвесе скалы и на вершине близлежащей горы. Петер не был скалолазом, и эти каждодневные забирания на гору его изводили. Гора была крутой, гладкой и покрытой коркой льда. Меньше чем за 4 часа пройти путь не получалось. И всю дорогу его сопровождали волки. Петер просто возненавидел их.
Спасало Петера то, что он очень любил петь. Только вот голос у него был ужасный. Когда он выходил на улицу, то начинал громко петь, и волки убегали.

Один из коллег Петера Лундагер( Lundager) смог каким–то образом добраться до его жилища и предложил, что поживёт с Петером некоторое время.
«Он был отличным товарищем. Но я никогда ещё не видел одновременно такого сильного и такого ленивого человека,»–написал Петер о Лундагере.
Однажды утром друзья заметили, что их жилище было засыпано толстым слоем снега, и они не могут из него выбраться. Ночью прошла снежная лавина, которую они не услышали из–за сильного урагана ночью.
Узнав это, Лундагер даже обрадовался и только перевернулся на другой бок на лежанке.
Было достаточно еды и снега.
Пока Петер пытался выбраться из жилища, Лундагер просто спал. Три дня работал Петер, чтобы открыть дверь. На четвёртый друзья услышали звуки сверху. Это был друг Петера, эскимос Хенрик. Тот уже думал, что оба полярника погибли. Но услышал их голоса и помог им выбраться.
На фото ниже участники экспедиции. Lundager тоже на фото. Фото кликабельно.

2048x2748 px

Четыре тёмных месяца провёл Петер в этом самодельном жилище.
По возвращению в лагерь Петер узнал всю печальную историю группы Эрихсэна. В поисках троих был найден труп Йоргена Брёнлундса(Jörgen Brönlunds).
С ним же нашли и его дневник. По дороге на север тройка наткнулась на один ещё неизвестный фьорд. По льду они забрались слишком далеко. Только вот лёд расстаял, и возможности вернуться назад у них уже не было. Конечно с ними были собаки, немного провизии и оружие. Дичи было очень мало. Всё лето трое боролись с холодом и голодом. Брёнлунд умер последним. У него получилось добраться до запаса провизии, который находился в 10 милях от них. Добрался–то он добрался, но был уже слишком слаб, чтобы открыть яму и так и умер рядом.

Смерть предводителя экспедиции перечеркнула все их планы. Да и сам Петер к концу чуть сам не поплатился жизнью. Петер с коллегами осматривали местность. Идя по льду, они время от времени наталкивались на глубокие расщелины. Внезапно лёд под ногами Петера проломился, и тот почти упал вот в такую ледовую расщелину.
Сначала он падал, а потом застрял ногами — одной он упирался в одну стену этой расщелины, а другой ногой –в другую. Страх был сильный упасть в бездну. Повезло, что друзья были рядом и вытащили его с помощью верёвки наружу.
Такие большие трещины появляются, потому что ледник находится в постоянном движении.
800x534 px

Поздним летом 1908 года экспедиция была окончена. Только вот Петер этому был совсем не рад. Он так не хотел возвращаться, тем более, что он был истопником. Всё это время он провёл на природе, а тут ему нужно было возвращаться в тесную и жаркую топку. Он поклялся себе, что никогда больше в своей жизни не будет работать истопником и, как сам пишет, сдержал своё слово.

Хотя сами члены экпедиции были разочарованы итогами, все остальные встретили их как героев. Прибыли в норвежский город Берген(Bergen).
Корабль был в таком ужасном состоянии, что дальше его пришлось тянуть буксиром. Но сначала немного отдыха.
Тогда Петер впервые и познакомился со знаменитым Амундсеном(Roald Amundsen). Тот как раз готовил свою экспедицию на Южный полюс.
Это тот, который стал первым человеком на Южном полюсе в 1911 году, побывавший на обоих полюсах планеты.

После нескольких дней отдыха корабль направился на родину в Данию. Вернее его тянул буксир. А команде пришлось постоянно откачивать воду днём и ночью.

По прибытии в Копенгаген, команду сразу же отвезли в университет, где праздновали прибытие. На следующий день банкет у короля Фредерика, поздравления и тп. Все получили по ордену, всем участникам были пожаты руки.
Петер попытался продолжить учёбу. Когда он был во льдах в экспедиции, то жалел, что не доучился.
Но когда вернулся назад к университетской жизни, то разочаровался. Его друзья продвинулись уже намного дальше в учёбе, а новые студенты были слишком чужими и молодыми для него. Петер просто не мог усидеть на месте. Он жаждал приключений. В это время Петер очень сблизился с Кнудом Размуссеном(Knud Rasmussen).

450x703 px

Немного о Кнуде Размуссене. Родился он в Гренландии. Его отец был там уже 22 года миссионером. Предки его матери были эскимосами. В сердце Кнут был эскимосом. Два друга Петера, эскимосы Хенрик и Тобиас, которые приняли участие в экспедиции Эрихсэна, посетили по возвращению назад отца Кнуда. Они и рассказали много хорошего о Петере, что вызвало у Кнуда уважение к нему.
630x350 px

Вечером осени 1909 года Петер получил письмо от редакции газеты Politiken. Они сообщили ему, что Доктор Фредерик Кук (Dr. Frederick Cook ) якобы достиг Северного Полюса и сейчас находится на борту парохода Hans Egede, направляющегося в Данию.
Нужно было написать статью. А поскольку Петер уже побывал в тех краях, то он и мог бы написать статью лучше всех.
Петер был рад помочь. Он написал о Северном Полюсе, о многочисленных, но не успешных попытках его покорить.
Петер уже почти закончил свою статью как получил ещё один визит главного редактора. История была настолько популярной и востребованной, что нужно было раскрыть тему ещё больше. Петер должен был написать о природе на Северном Полюсе и тп. Петер писал о своих личных наблюдениях. Дополнительно он получал материал из энциклопедий. Вроде бы статья была готова и шла наконец в печать. Но тут редактор попросил увеличить статью ещё. Петер был выжат как лимон. Он уже больше не знал, что писать.
И тут он вспомнил одну деталь — Доктор Кук утверждал, что до Северного Полюса он добрался 21 апреля.
Петер был уже измотан и на пределе своих сил. Он принял эту дату за день весеннего равноденствия и потому приписал ещё несколько поэтических строчек о том, как Доктор Кук увидел Северный Полюс именно тогда, когда после 6 месяцев темноты наконец появилось солнце и осветило своими золотыми лучами ледяную пустыню.
На следующий день Петер с ужасом увидел свою ошибку. Вечерние новости смеялись над молодым писакой, который передвинул дату равноденствия с марта на апрель.
Главный редактор нисколько не разозлился, новость же была всё равно сенсационной. Так Петер стал штатным сотрудником газеты Politiken.
Не нашла оригинала статьи к сожалению. На фото новость в другой газете. Плюс якобы фото с самого Северного Полюса. Кук был американцем.

1024x633 px

Пароход с доктором Куком приближался к Дании. На борту было письмо от Кнуда Размуссена, который к этому времени находился в Гренландии. Петер уговорил жену Кнуда поехать на пароход и забрать письмо. Петеру не терпелось увидеть это письмо и узнать мнение Кнуда на счёт доктора Кука и его приключений.
Доктор Кук принял прессу в столовой корабля. Уже через несколько минут после начала конференции У Петера появилось ощущение, что что–то не так. Чем больше говорил Кук, тем больше создавалось впечатление, что он не знает о чём говорит.
В Копенгагене начались Дни доктора Кука с банкетами, праздниками и приёмами в его честь. Один важный датский астроном взял у доктора Кука интервью и резюмировал, что познания Кука в астрономии настолько скромные, что тот просто не смог бы сфальсифицировать свои наблюдения. Университет Копенгагена присвоил Куку докторскую степень.
На фото встреча доктора Кука в Копенгагене. Кук слева, справа датский кронпринц.

Приём в честь доктора Кука в Копенгагене в отеле Феникс

Английский журналист Филип Гибс( Philip Gibbs) от газеты News Chronicle, который так же приехал в Копенгаген ради истории с Куком и познакомившийся с Петером Фройхеном, открыл серию разоблачительных статей в своей газете. Издание поддержало таким образом традицию. Несколько лет назад редактор этой газеты разоблачил враньё Луи де Ружимона, который утверждал, что провёл много лет среди дикарей на одном острове возле Австралии, куда попал после кораблекрушения.
Гибс в своих обвинениях опирался на консультации самого Фройхена. Каждый день он брал отрывок из уже начинавших публиковаться записок доктора Кука. В них находилось много сомнительных утверждений. Петер считал, что если так много неправды в мелочах, то и всему остальному верить тоже не стоит.
Редактор газеты Politiken, где работал Фройхен, поверил Куку и устроил в его честь званый ужин.
Как раз во время этого ужина и пришла телеграмма другого путешественника — Роберта Пири( Robert Peary) — о том, что он достиг Северного Полюса. И что доктор Кук обманщик, а он, Пири, является первым и единственным первооткрывателем Северного Полюса.
На фото репортёр Philipp Gibbs

Robert Edwin Peary

Карикатура тех времён, кто же всё–таки был первым на Северном Полюсе Пири или Кук : )

510x563 px

А вот доказательство Пири, что он был на Северном Полюсе
260x320 px

Доктор Кук воспринял эту новость спокойно. Он сказал, если Пири объявил, что был на северном Полюсе, то он, Кук, ему верит. Только он, Кук, был там первым. Так и начался большой скандал.
Фройхен не медлил сообщить и свою точку зрения, написав статью с разоблачением Кука. Но редактор его газеты сказал, что статью напечатать не сможет. Не может же он вчера ещё давать банкет в честь Кука, а на следующий день печатать такие статьи о нём.

Как раз в разгар скандала в Копенгаген прибыл Амундсен
Петер направился в отель к Амундсену и уговаривал того пять часов отправится в экспедицию в северную Гренландию на поиски дневников, якобы оставленных там доктором Куком. И Петер должен принять участие в этой экспедиции.
Амундсен пообещал сделать всё возможное. Он добавил, что верит доктору Куку. Он подружился с Куком во время экспедиции в Антарктику, возглавляемую Адриеном де Жерлашем( Adrien de Gerlache) в 1897–1899 годах.
Во всяком случае никакой экспедиции не состоялось. То ли из–за нехватки денег, то ли из–за того, что сам Кук отговорил Амундсена.
Петер решил устроить сам экспедицию. Он предлагал сам отправиться на корабле в Гренландию, а потом на собаках дальше, найти обоих эскимосов, сопровождавших Кука и привезти их в Данию. Газета News Chronicle хотела вначале оплатить расходы, но потом отказалась. По причине, что в самой Дании появилось сопротивление по поводу этой экспедиции.
Единственным утешением Петера было то, что его разоблачительная статья о Куке всё же была напечатана. 12 крон получил он за неё. Только вот внимания на неё никто не обратил.

Только вот разговоры не прекращались. Университет назначил комиссию по расследованию дела доктора Кука. В состав её входил и Кнуд Размуссен. Расследование было тайным.
Одним утром в газетах была статья, в которой говорилось:
» Датский университет не нашёл ни одного подтверждения того факта, что Доктор Кук побывал на Северном Полюсе.»

Наступил переломный момент в жизни Петера Фройхена. Продолжать учёбу в университете? Но тут Кнуд Размуссен предложил ему открыть торговую станцию в северной Гренландии. Идея была обменивать товары, важные для эскимосов( оружие, экипировку, инструменты и тп.) на меха. Всё опять упиралось в деньги. С прошлой поездки Петер привёз меха, за которые удалось выручить 12 тыс.крон. Это конечно была большая сумма для молодого человека. Но для открытия дела совсем недостаточная. Друзья попытались попросить финансовую поддержку у государства. Во время переговоров Петер назвал начальника департамента полным идиотом. В общем поддержки они не получили.
Нужно было спешить с осуществлением плана. Потому что одному норвежцу пришла в голову та же идея.
Чтобы как–то заработать денег, друзья решили отправиться по стране с лекциями о Северном Полюсе. В то время эта тема была очень популярной. Они нанимали помещения для лекций, напечатали программки, всё в кредит. Денег осталось только на билеты до первого города, где должны были состояться эти самые лекции.
С собой у них был проектор с диапозитивами. Только он почти не работал, картинки были расплывчатые и в пятнах. Кнуд не волновался по этому поводу. Он спокойно разъяснял зрителям, что они видят первые в мире изображения Гренландии, и что до них никто ещё не видел настоящих фотографий, как на самом деле выглядит Гренландия в зимний период. Путешествие по Дании с лекциями было прекрасным. Только вернулись друзья из него почти без денег. Денег на станцию помогли наскрести двое друзей. Был даже найден корабль, старый и негодный, что пришлось его улучшить. Куплен товар, продовольствие и экипировка. Попрощавшись со своими женщинами друзья отправились в путь.
238x370 px

В пути ужасная погода, толстая корка льда, моторы давали сбои, рулевое управление развалилось. Кроме Петера и Кнуда было ещё 6 человек на борту. С многочисленными остановками на побережье Гренландии, им всё же удалось добраться до North Star Bay, пройти Мелвилл бухту, Кап Йорк и Кап Athol. И ту внезапно начался сильный шторм.
Корабль напоролся на айсберг. Большой кусок айсберга откололся и упал на палубу, накренив корабль в одну сторону. Мотор сдался, паруса были разорваны в клочья. К счастью буря продолжалась недолго. Мотор удалось запустить. Только винт был поломан. Корабль болтался среди льдин без движения. На помощь пришли местные, которые помогли отбуксировать посудину к берегу. От радости вместо разгрузки корабля друзья отправились вместе со своими спасателями праздновать их спасение.
И вот тут Петер первый раз попробовал местный деликатес–гнилое мясо.
Кнуд объяснил, что нельзя отказываться от предложенной еды. При чём их приглашали все спасатели по отдельности. Через некоторое время животы путешественников были набиты гнилой и жирной олениной.
Капитан корабля хотел отправиться назад ещё до начала зимы. Поэтому корабль нужно было разгружать довольно быстро. Было обговорено, что команда корабля поможет обоим друзьям построить дом. Они пропивали и прожирали довольно много и воровали где могли. Было решено как можно быстрее отправить их назад в Данию. Дом пришлось строить Петеру. Кнуд помог в начале, но потом он отправлялся на охоту на моржей, чтобы обеспечить себя едой на зиму. Вообще был привезён как бы готовый дом с собой. Дом этот был абсолютно не приспособлен для северного региона. Помогали Петеру двое местных мальчишек. Внешняя сторона стен была покрыта извёсткой. Мальчишки кидали в неё камни, и эти камни застревали в мокрой стене. Со временем наружные стены были оббиты досками. Позже этот дом стал местной школой. И Петер всегда с гордостью смотрел на это здание.
300x149 px

По своему возвращению Кнуд устроил праздник, длящийся две недели, в честь постройки дома. Рядом с ними жили ещё 8 эскимосских семей. Праздновать было с кем.
Кнуд мог добыть абсолютно всё, что хотел, еду или одежду. Чем–то он был похож на денди. Он постоянно носил при себе ножницы и расчёску, чтобы стричь себе волосы и бороду. Даже при ужасных морозах он мылся каждый день с помощью моржового жира. А его обувь была самой отлично выглядящей во всей Арктике.
Эскимосы делали носки из заячьего меха. Унты( Kamiks) делались из мягкой кожи. Подошва была двойной. Между двумя слоями была сухая трава. Шить их было непросто.

А Кнуд каждый раз убеждал одну из эскимосских женщин сшить для него пару унт. А это было против семейных устоев эскимосов. Семейный кодекс эскимосов очень строгий. Не страшно, что муж разрешает своей жене сожительствовать с другими мужчинами. Семья даже гордится женщиной, которую другие находят привлекательной. Но если женщина шьёт что–то для чужака, вот тут уже проблема. Сшить для другого что–то намного ужаснее чем переспать с кем–то без разрешения мужа. И редко какой муж разрешает своей жене шить для кого–то не из семьи.
Когда Петер ещё не знал о такой особенности, он часто просил женщин сшить ему что–то. И не понимал, почему в ответ они улыбаются ему как–то странно. Пока Кнуд не объяснил, что нужно спросить разрешения у мужа. И при этом намекнуть ему, что можно и отблагодарить за это. Эскимос может только намекнуть, что бы он мог принять взамен. К примеру он может сказать:» Если бы у меня был табак, я бы смог покурить.» Или:» Из куска хорошего дерева я бы мог сделать отличный гарпун.»

1024x734 px

Так какая же техника была у Кнуда? Он оглядывал унты одного эскимоса и начинал при нём их сильно хвалить примерно так:» Очень хорошо сделанные унты. такая женщина, которая так хорошо умеет шить, встречается редко и поэтому очень ценная.»
И тут же польщённый эскимос говорил, что его жена посчитает за честь, сшить для Кнуда точно такие же унты.
На это Кнуд говорил, что ничего не выйдет, так как у него нет меха, а у этого эскимоса определённо меха не больше, чем ему самому нужно для его семьи.
На что эскимос отвечал, что его жена не знает, куда девать такое большое количество меха, какое у них имеется.
И тот час же муж посылал свою жену домой шить унты для Кнуда. Дело чести : )
На следующее утро эскимос со своей женой, которая шила всю ночь, приносили Кнуду его новые унты.
Он оглядывал работу критично и говорил:» Я очень ценю это доказательство нашей дружбы. Проблема в том, что я очень привередлив к обуви и ношу только самые лучшие унты. Эти выглядят отлично, и не твоя вина, что они сделаны немножко неаккуратно. Я горжусь вашим подарком и я обязательно сделаю подарок и вам. Но носить эти унты я не буду.»
Эскимос пытался всеми силами не показывать своей обиды и смеялся в ответ со словами:» Моя жена сшила эти унты всего лишь на пробу из самого плохого меха. Мы думали, что ты понимаешь шутки. Теперь моя жена знает, какие унты тебе нужны и сошьёт идеальные.»
На следующее утро Кнуд получал в подарок пару идеальных унт.

Нужно было готовиться к зиме. Все собрались на охоту на моржа. Друзья отправились на своих лодках, эскимосы–на каяках. Кнуд и Петер пользовались на охоте оружием. Когда Петер попал одному моржу в голову, то сразу же заслужил у местных уважение. Они охотились гарпунами.
Потом делили добычу. Больше всего получал тот, чей гарпун попал в моржа первым. Потом, чей гарпун попал в моржа вторым и тд.
Сначала Петер всегда благодарил местных за то, что ему приносили его часть добычи. Пока с ним не поговорил старик Sorqak. Он сказал:» Перестань благодарить за мясо. Это всего лишь твоя часть добычи. У нас никто не желает зависеть от других. Никто никогда никому ничего не дарит и не принимает в подарок. Потому что подарки значат зависимость. Подарки делают людей рабами, как плётка делает из волков собак.»

Добытое мясо скидывали в кучу. По специальной методике. Между кусками мяса клали камни, которые защищали мясо и, чтобы мясо хорошо промораживалось. Ближе к мясу маленькие камни. Потому, что мясо примерзало к ним, а отодрать его было сложно.
Тут по ссылке пару видео, как примерно разделывают моржа. Нервным не смотреть.
http://footage.framepool.com/de/shot/254701783–inuit–fleisch–lebensmittel–robbe–schneiden

Торговой станции дали название Thule( ultima Thule), что значит севернее всех и вся. Друзья решила разделиться, проехать по округе с целью рекламы своего гешефта.
Петер отправился в дорогу вместе с парой местных, мужчиной и женщиной. И только присутствие женщины, как он сам пишет, сдерживало его от нытья и желания повернуть назад. В пути он научился многим полезным вещам. Он научился строить иглу и понял пользу спальных мешков из тёплого оленьего меха. С собой на Север он прихватил пуховое мамино одеяло и мёрз под ним ужасно.
Собаки, которых он сам приобрёл, должны были подвергнуться одной манипуляции. А именно им нужно было удалить острые клыки. Чтобы они не перегрызали упряжку и вообще всё, что попадалось им в зубы.
Обычно эту процедуру делают, когда собака ещё маленькая.

Ту небольшая история об межполовых отношениях между эскимосами.
В пути Петер повстречал одну парочку, эскимоса по имени Одарк со с женщиной по имени Меко. Но они не были официально парой. Одарк участвовал как раз в качестве проводника в полярной экспедиции. У Меко был муж, Увизакавсик. Это знали прекрасно те эскимосы, которые сопровождали Петера.
После встречи люди провели пару дней вместе, причём этот Одарк был каким–то нервным.
История раскрылась позже, когда Петер с его сопровождением добрался до населённого пункта.
Оказывается Одарк с другом замочили этого Увизакавсика с его другом. Ну и взяли их жён себе. Одарк был вдовцом и нуждался в жене. Выживать одному в таких суровых условиях не очень приятно. Нужен спутник.
К тому по слухам вот этот самый Увизакавсик был ещё тем тираном у себя в деревне.

История его очень странная.
Пару лет назад он был проводником в экспедиции Роберта Пири
После экспедиции Пири взял этого эскимоса с собой в США, в Нью–Йорк. По возвращении на родину, в свою деревню, Увизакавсик конечно рассказывал об увиденном. Его соплеменники единогласно пришли к выводу, что он слишком долго находился на чужбине и забыл дороги правды.
Увизакавсик рассказывал, что видел большие дома, которые передвигались по металлическим полозьям. И о людях, которые жили друг над другом как птицы. Но самое сумасшедшее, что он рассказывал было то, что он разговаривал с Пири из одного большого дома по тонкому проводу, а Пири был очень, очень далеко.
Люди решили, что он теперь неполноценный мужчина и даже уже не охотник. И что место ему среди женщин.
Ему сказали идти со своим враньём к женщинам и относились с тех пор к нему как аутсайдеру.
После этого Увизакавсик уехал из деревни и поселился один. Скоро к нему стали присоединяться другие охотники, которые так или иначе нарушили местные порядки, убийцы к примеру. Несколько лет Увизакавсик правил этим поселением. Через время, когда он накопил много мехов, переехал назад поближе к своему старому поселению.
Увизакавсик имел одну жену. Но ему нужна была ещё одна, потому что одной для всех его богатств не хватало. Нужно же было обрабатывать меха и тд. Поэтому он взял в жёны женщину, которая уже была женой другого молодого эскимоса. Только вот этот молодой муж был на то время не дома, а в одной экспедиции. И был в последствии конечно не в восторге, что у него отбили жену.
Вот этот–то молодец вместе с Одарком и убили Увизакавсика и его друга. Так молодой смог вернуть назад свою отобранную жену, а Одарк получить новую.
Когда Одарк со своей новой женой встретил Петера, то очень испугался белого. Одарк слышал, что у белых людей странные законы, и за убийство очень строго наказывают. Одарк решил, что Петер пришёл, чтобы наказать его. И ему долго пришлось втолковывать, что Петеру до Одарка нет дела.
Вот такая Сантабарбара. Не первая и не последняя в рассказе.
А в женщинах тогда почему–то был недостаток у местных.

1000x698 px

Петер и Кнуд вернулись назад на станцию, и торговля закипела. Основным правилом эскимосов было: сам товар не имел цены. Потребность в каком–то товаре и определяла его цену. Эскимосы так сильно нуждались в привезённых товарах, что хотели платить за них больше, чем предлагали Петер или Кнуд. Ну то есть они обменивали меха.
До этого эскимосы могли только менять меха на нужные им вещи с людьми из экспедиций или китобоями. Но кто знал наверняка, когда те и другие опять появятся в тех краях. Поэтому торговая станция пошла на ура. Скоро у друзей совсем не осталось товаров для обмена. Но они обещали привезти весной намного больше.

Где–то осенью станцию посетили два гостя. Один из них был братом убитого Увизакавсика. Естественно он решил, что должен отомстить за своего брата и убить брата убийцы. Кнуд не выдержал и решил разрулить дело.
Он пригласил обоих эскимосов к себе и сдобрил всё бесплатным табаком и кофе.
Кнуд сказал, что он очень опечален смертью Увизикавсика, но его уже ничем не вернуть, нужно жить дальше. И если будет убит брат убийцы, то родственникам убитого придётся убить кого–нибудь из родственников убийцы снова и снова. А Кнуду жаль, что будут погибать такие хорошие охотники, которые могли бы ему привозить на продажу много мехов. Короче не рациональна вся эта затея с убийством.
Жертва была рада, что её не убьют. А потенциальный убийца был горд своему великодушию.
Так как Кнуд помог разрулить такое щекотливое дело, то и получил за это награду. От каждого он получил по пять шкурок полярной лисицы.
564x443 px

К зиме всё же друзья решили немного пополнить товары. Поэтому решили, что Петер отправится к следующей почтовой станции на юг. С собой как проводника он взял одного эскимоса.
В этом походе Петер научился определять дорогу по застругам

После долгого пути решили устроить паузу и отдохнуть у знакомых.
Тут Петер попробовал знаменитый деликатес Giviak.
Для его приготовления берут целую шкуру тюленя, внутри которой находится ещё сало, шпигуют тушками морских птиц . Этих птиц ловят сетями. Убивают их каким–то специальным давлением большого пальца руки в область сердца птицы. Потом птицам связывают крылья за спиной, и набивают ими плотно шкуру тюленя. Этот мешок плотно завязывают и хранят где–нибудь в тени, присыпав камнями. На солнце нельзя, потому что жир становится прогорклым. При тёплых летних температурах тюлений жир постепенно тает и становится жидким. Он пропитывает тушки птиц. Мясо их как бы разлагается и становится развалистым.

Следующая история не из лёгких. Невообразимых нам, сегодняшним людям. История одной женщины, которая потеряла почти всех своих детей во время сильного голода. Не забываем, что рассказана она была в 1910 году.
Голод был настолько неотвратимым, что женщине пришлось умертвить четверых своих детей. Умертвить, чтобы оградить их от медленной и мучительной смерти. Старшая дочь была уже настолько взрослой, что понимала, насколько плоха ситуация и что «жизнь хуже смерти». Не было совсем ни одной души, чтобы помочь. И старшая дочка помогла матери повесить своих братьев и сестёр. А потом повесилась сама. Причём дети умирали по своей воле. Один из детей, мальчик, решил, что умирать не будет, что он будет есть траву и заячьи какашки. Что он и делал и как–то выжил. Но при этом остался маленьким и хилым.
Эту женщину, первый муж которой утонул, её уважали все в округе за этот её поступок. За то, что она так сильно любила своих детей, что смогла их таким способом избавить от мучений.

Путешествие не удалось совсем. Сначала собаки Петера провалились в воду. Рядом был айсберг. А вокруг него нет льда. Пришлось спасать собак. Петер промок сам, долго не мог найти дорогу назад к жилищу. Опять отдых у друзей. От дальнейшего путешествия пришлось отказаться, сильно изменилась погода — ураган. Пришлось ждать несколько дней. Потом решили возвращаться назад в Thule.
И тут новое несчастье. Собаки учуяли медведя и понеслись, выскочили на тонкий лёд. Провалились в воду с санями все вместе. Того человека спасли, но пару дней спустя он умер от воспаления лёгких.
Так закончился 1910 год. Петер ещё не очухался от такого путешествия. Поэтому в этот раз он остался на хозяйстве. А Кнуд поехал за почтой и провизией.
Потихоньку Петер осваивался с торговлей. Эскимосы приезжали целыми семьями и оставались сразу на несколько дней. По обычаю никто никого не приглашал переночевать. Это считалось неприличным. А вдруг гость хотел бы переночевать в другом месте? И откажет хозяину, тем самым его обидя. Поэтому по приезде гостей люди выходили из своих домов, и жена путешественника выбирала, где остановиться на ночлег.

Поскольку дом торговой станции был настоящим зданием, то все хотели поселиться именно в нём. Первые дни проходили в разговорах, делились новостями. Самые важные новости не сообщали сразу, а долго ходили вокруг да около. Сначала по обычаю говорили о погоде, об успехах на охоте. И чем интереснее была какая–то новость, тем дольше её откладывали. И только день на третий начиналась сама торговля.
На примерно такой вопрос:» Какой была твоя охота на лис», — был такой ответ:» Лисы? Ах, мой дорогой друг, ты меня с кем–то путаешь. Я о лисах ничего не могу сказать, они слишком быстры и умны, чтобы я,такой увалень, смог бы их поймать.»
» Но я точно слышал, что ты единственный в Гренландии, который знает, как выманить лису из норы, и что ты насобирал много лисьих шкурок.»
» Да ты полностью потерял связь с реальностью. У меня есть пара шкурок, но они плохого качества»,–отвечал эскимос улыбаясь.
» Но что же там на улице перед домом, там же большие мешки?»
» Теперь мне стыдно. Я надеялся, что ты их не заметишь. В этих мешках и правда были когда–то лисьи шкуры. В дороге эти мешки нам понадобились, они полны сажи и жира. Эх, лучше бы ты их не заметил.»
» Может быть я всё же посмотрю на шкуры?»
» Я сгорю от стыда, если тебе получиться их увидеть»,–отвечал эскимос.
» Нет, это я должен сгореть от стыда. Я поверил байке и надеялся заключить с тобой сделку по покупке шкурок. Это недоразумение меня сильно огорчает.»
И вот так продолжалось ещё некоторое время в том же духе.
Пока эскимос не заносил в дом один из мешков. С ним заходила и его жена, чтобы насладиться триумфом показа их отличного товара.
Теперь наступала очередь Петера быть скромным и стеснительным.
«Этот момент останется навсегда незабываем. Я благодарен тебе очень, что ты позволил мне осмотреть твои сокровища. Но теперь пожалуйста спрячь эти шкуры обратно в мешок. У меня нет ничего, чтобы я мог тебе предложить за такие вещи. Конечно у меня есть достаточно товара, который я обмениваю на обычные шкуры. Только вот я даже не решусь предложить вам сделку даже за самые плохие из ваших мехов. »
«О мой друг, ты же не думаешь, что за эту кучу тряпья, которую ты приветливо называешь мехами, мы потребовали бы оплаты. Мы хотим преподнести тебе это всё в подарок, хоть эти меха и недостойны тебя»,–так отвечал продавец.
Петер соглашался. И тут начиналось выражение желаний. Начиналось всё коробком спичек. Доходило до пороха и оружия. Потом разрешалось жене говорить, чего она хочет. Сделка завершалась.
Но самым главным приколом эскимосов было «забывать» вещи. Вот уже торговля завершена. Вещи упакованы, все сидят уже в санях. И тут кто–то из семьи забегает обратно в дом и говорит, что забыл пожелать ещё немного табака или иглы с нитками. Вот так совершались все сделки.
Скоро Петер обменял весь товар на шкуры. Кнуд ещё не вернулся назад. Но Петер решил отправиться ему навстречу.
564x690 px

В путь Петер взял двух своих друзей — братьев по имени Итукусук и Митсек. Этот Митсек был женат на очень красивой женщине. Эта женщина была сначала женой другого эскимоса по имени Самик. Но видимо она была бесплодна. Поэтому Самик отдал свою жену Митсеку. Он взял себе вторую жену, которая родила ему троих детей. Но Самик продолжал любить свою первую жену и постоянно приходил в дом Митсека и выставлял его каждый раз на улицу из дома, чтобы переспать с его женой. Это не нравилось ни Митсеку, ни его жене. Но Самик был старше и сильнее. У эскимосов было одно правило, что если муж находится в отлучке, то к жене не может прийти другой мужчина, разве что её теперешний муж даст разрешение. Поэтому Митсек с удовольствием согласился сопровождать Петера, всё это время Самик не мог доставать его жену.
Вот такие порядки.

В этот раз Петер с друзьями без приключений добрались до почтовой станции. Они загрузились товаром и отправились назад в Туле. В этот раз у них была проблема с едой. Они взяли небольшое количество съестного, так как решили сэкономить место для товаров. Они знали, что Кнуд отложил для них по дороге запасы. Но когда они добрались до места, где запас еды должен был лежать, то увидели, что до еды добрались медведи, которые конечно же всё сожрали. Еды не было, охота не удавалась, в пути не встретилось ни одной живой души. Пришлось убить трёх собак, чтобы покормить других и поесть самим. Убить своих собак было каждый раз нелёгким делом, потому что собаки в таких условиях были больше, чем просто средство передвижения. Но когда дело шло о выживании всех остальных, но ничего другого не оставалось.

Всю первую половину 1911 года Петер и Кнуд занимались торговлей и ждали первого корабля с юга, который должен был привезти товар и почту. В эти месяцы эскимоские друзья Петера занялись его семейным положением. Про Кнуда они знали, что у того есть жена. А Петер был не женат и без девушки. Домохозяйка Петера и Кнуда по имени Виви была уже в возрасте. И она постоянно делала Петеру авансы. Однажды после ночи, когда Виви безуспешно забралась к Петеру в кровать и пыталась приставать к нему, Петер понял, что нужно на время свалить из дома. И Петер отправился к своим знакомым на север. Это были отец и сын — Зорквак и Маярк. Отец был уже стар и давно уже не ходил на охоту, а когда–то был одним из лучших охотников. И собаки были у него знатные. Он очень любил своих собак и сам всегда их кормил. Но так как Зорквак забывал, покормил ли он собак или нет, то кормил их постоянно. И поэтому собаки стали жирными. Петер хотел выкупить парочку. Но Зорквак отказывался. Его сын тоже отказал, так как это были собаки отца. А отец так вообще свёл всё к тому, что Петеру просто не хватает женщины. И тут же привёл в дом одну молодую. Она была симпатичная, но косоглазая и ужасно грязная. Петер соврал, что у него к сожалению уже есть девушка, и что она приедет к нему скоро со следующим кораблём. Только так он смог отмазаться от невесты.

Скоро появилось первое китобойное судно. Первыми на борту появились эскимоские женщины. И напрасно Петер уговаривал их быть осторожными с моряками. Он предупреждал, что если хоть одна женщина заразится венерической болезнью, то скоро заболеет вся деревня. Но женщины не слушали его. Петер поболтал с капитаном, забрал почту. И все собирались уже обратно на берег. И тут случился казус. Одна из эскимских девушек потеряла где–то в каютах свои меховые штаны. А без них она жутко стыдилась выйти. Вышли из ситуации тем, что дали ей платок завернуться. Уже на берегу Петер слышал, как две пожилые дамы упрекали ту молодую, потерявшую штаны, и обрадовался сначала. » Я же говорила ей, чтобы не потерять штаны, нужно оставлять одну ногу одетой.»

С почтой пришло письмо Петеру от его девушки. Она обещала приехать со следующим кораблём. Но со следующим кораблём пришло опять только письмо, последнее письмо. Она порвала с ним.

В Петере зарождалась идея вообще больше никогда не возвращаться назад в Данию. Что ждало его ещё там? А тут жили все в мире и согласии, никто никого не доставал. Эскимосы были самым толерантным народом.
Петер рассказывал всем, что скоро приедет его девушка. Но никто не спрашивал его, все и так всё понимали. Один из друзей–эскимосов предложил Петеру свою жену на время своего отъезда. Но Петер был сильно разочарован в женщинах вообще. И как женщина не вилась вокруг него, Петер оставался холодным как камень. Все даже решили, что Петер просто чем–то болен.

Дни стали опять короче, и лёд прочнее. Путешественники с севера рассказывали, что люди там голодают, не хватает продуктов питания. Если бы им привезли ещё амуницию, ножи, оружие, то они смогли бы продолжить охоту. Петер решил, что поедет на север. Тогда охотники могут продолжить охоту, не прерываясь на поездки. В итоге все были бы в выигрыше. К тому же как раз в это время была самая лучшая охота на лис. С первым зимним льдом лисы покидают свои запасы. Всё лето они делают запасы из птиц на зиму. Лиса откусывает птицам голову и складывает их тесными рядами в одном месте, засыпает потом всё галькой и снегом. Сверху притаскиваются камни побольше.
Чтобы не поддаваться искушению, лисы отдаляются потом от своих запасов.


Один друг Петера отдал ему на поездку свою жену — Ивалу. И так как Петер решил остаться в Гренландии и жить как эскимосы, то он согласился.
Только вела она себя как–то странно. Всё время молчала.
«Ты меня боишься?,–» спросил Петер.
«Я не ощущаю особенной радости.»
Потом Петер попытался поговорить с ней о том, какую дорогу им лучше выбрать для поездки.
На что был ответ:» Ты зря тратишь слова. Пускай мужчины разговаривают с мужчинами. А с женщинами пусть молчат, когда они с ними наедине.»
Петер был в ступоре. Он опять спросил, что может быть Ивалу его боится.
«Почему я должна тебя бояться? А теперь говори только тогда, когда ты сможешь сказать что–то толковое.»
Вот такие холодные ответы. Иногда Петер слезал с саней и бежал рядом, чтобы разогреться. Но Ивалу сидела всё время в санях и предпочитала мёрзнуть. Он спрашивал её иногда, не замёрзла ли она. На что был ответ, чтобы он замолчал, она думает. Петер было думал, что она размышляет о нём и о предстоящем времени. Но когда он наконец решился спросить её, о чём же она думает, то она просто выпалила:» Еда!»
Затем она остановила собак и принялась за готовку.
А когда пришло время спать, была найдена небольшая пещера. Пол был устлан сухой травой. На траву слали сначала шкуру тюленя, потом шкуру медведя и потом спальный мешок. Теплее всего спать было совсем без одежды. Свой спальный мешок Ивалу не взяла.
За путешествие Петер привык к Ивалу и неохотно хотел с нею расставаться. Он правил сани и думал, как будет расставаться с ней. И тут он обернулся и увидел, что она уже давно соскочила с саней и бежит к своему дому.
Постепенно Петер превращался в настоящего эскимоса. Ивалу иногда приходила навещать его. Да и в каждую поездку Петер брал теперь по обычаю какую–нибудь женщину с собой.
Но любви по прежнему не было. А Петеру хотелось постоянных отношений.

600x387 px

В Туле была одна молодая девушка. Звали её Mequ. Отец её умер от голода, мать снова вышла замуж. Девушке приходилось ухаживать за своими многочисленными братьями и сёстрами. Иногда Mequ приходила в лавку Петера и Кнуда. И Петер давал ей немного хлеба. Через пару дней она возвращалась и принесла ему в благодарность пару связанных варежек.
Mequ была не похожа на других. Она была очень скромная и стеснительная.
Однажды Петер с Кнудом шли по деревне. И когда они проходили мимо дома Mequ. Увидев девушку издалека, Кнуд сказал:» Это единственная в Гренландии девушка — красивая, проворная, толковая — на которой стоит жениться.»
Mequ как раз была в том возрасте, чтобы выйти замуж. А в Гренландии тогда просто не хватало женщин. К девушке тоже сватались многие, но она пока всем отказывала.

Однажды зимой Кнуд с другими отправился на охоту. И Петер остался с их домохозяйкой Виви один. И поэтому он решил пригласить на ночь Mequ.
И этой ночью Петер окончательно влюбился. Утром он сказал девушке, что хочет остаться с ней навсегда. И она согласилась. Только с тех пор Петер дал ей другое имя — Navarana.
На фото Петер и Наварана.
400x642 px

Утром пришёл младший брат Навараны и спросил, когда же она придёт домой. А Наварана уже и до этого помогала Петеру и Кнуду по дому иногда.
На что Наварана ответила:» Так случилось, что я в этом доме для себя шью.» Ну помните, что эскимосские женщины шьют только для своей семьи.
Брат посидел в гостях немного для приличия, а потом побежал сообщать всем новость.
Кнуд решил устроить молодожёнам праздник. Из–за чего у него по началу были проблемы с местными. Потому что эскимосы считают брак очень интимным делом. Но праздник состоялся, и он длился несколько дней.

На второй день их совместной жизни Петер напомнил Наваране, что ей нужно помыться. Чем вызвал её удивление, ведь она мылась вчера. Но Петер объяснил, что нужно мыться каждый день, и даже иногда купаться.
Позже Наварана стала адептом ежедневного мытья.

1280x1647 px

Наварана пережила в детстве ужасные вещи. Она жила со своей семьёй на острове Salve. После какой–то ужасной эпидемии в деревне из людей остались в живых только Наварана, её мать и брат. Все остальные умерли. Еды никакой не осталось. Жили тем, что убивали одну за другой своих собак. А когда и собак не стало, то ели одежду, кожаные ремни и тп. Брат был ещё мал, его мать ещё кормила грудью. И он был настолько голоден, что однажды откусил матери сосок. Тогда мать поняла, что так дальше нельзя, и повесила своего ребёнка, и всё это на глазах у Навараны. Видеть боль матери было самым ужасным. Сама Наварана объяснила матери, что хочет жить несмотря ни на что. Всё лето они выживали. Питались травой, заячьими какашками и кожаными тряпками. Наконец зимой, когда появился крепкий лёд, их смогли забрать с острова.

Петер решил снова отправиться на почтовую станцию за товаром. И собирался взять с собой Наварану. Решили, что в дороге лучше ей надеть мужскую одежду, так теплее и удобнее. Наварана сначала сопротивлялась. Тогда Кнуд и Петер рассказали ей, что в Дании женщины иногда носят мужскую одежду, и что ничего страшного в этом нет. А поскольку Наварана жена Петера, то и она уже практически как датская дама. Пусть привыкает. Ей дали толстые тёплые штаны из тёплого медвежьего меха и низкие мужские сапоги. И Наварана настояла в поездке ходить с распущенными волосами, как это делают мужчины. Чтобы её не сразу узнавали как женщину и не смеялись над ней из–за её одежды.
Некоторые женщины в Туле посмеивались конечно над ней. Но тихонько. Теперь Наварана была главной дамой на деревне. Ведь у неё было теперь много запасов чая, табака и других полезных и редких вещей.
Путешествовали большой вереницей саней. И Наварана часто сидела в санях Кнуда. Что по обычаям эскимосов было недопустимым. Если муж едет вместе, то жена должна быть в его санях. Но Наварана намеренно этого не делала и смеялась над удивлёнными взглядами своих соплеменников.

Полное имя Навараны было Navarana Mequpaluk Avigah Marsauguq Freuchen
361x588 px

На капе Йорк местные устроили праздник для Петера и его спутников. Но он был прерван приходом двух молодых охотников, пришедших с юга с волнующими новостями. На другой стороне капа Мелвилл был савсат ( Savsat).
Большое количество нарвалов застряли во льдах. Такое происшествие было прямо праздником для эскимосов.
Бойня продолжалась четыре дня и четыре ночи. Некоторые мужчины спали тут же на льду. Другие отказывались совсем спать ради такого удачного случая. Ночью зажигали костры.
Но внезапно нарвалы стали пропадать. Они всё же нашли путь из ледяной западни в открытое море. Больше чем 200 нарвалов лежали убитыми на льду и примерно столько же смогли сбежать. В тот же момент, как пропали нарвалы, небо затянулось, пропала луна, начался шторм. Люди поспешили вернуться на берег. Но они были такими уставшими, что легли тут же спать. Пока все спали, льдина, на которой лежала добыча, откололась и унесла плоды долгой охоты в открытое море.
Когда эскимосы проснулись, то просто не поверили своим глазам. Они надеялись, что им после такой успешной охоты не нужно будет отправляться на север, охотиться на моржей. Они думали, что запасов мяса хватит теперь до следующего лета. И внезапно всё пропало.
«Мы накормили белых медведей там в море вдоволь», — говорили люди.
«Медведям теперь не нужно будет выходить на сушу, чтобы мы смогли охотиться на них», — смеялись эскимосы.
700x467 px

В почтовом мешке Петер и Кнуд нашли датскую газету. В ней было написано, что два датских исследователя отправились в экспедицию в северную часть Гренландии. Это были Ejnar Mikkelsen и Iver Iversen.

Миккельсен вместе со своим другом Иверсеном оставили свой лагерь на восточном побережье и решили обогнуть на собачей упряжке северную часть Гренландии. В газете так же было написано, что путешествие само по себе хотя и отважное, но не такое уж и рискованное, поскольку Кнуд Размуссен и Петер Фройхен находятся там и будут оказывать путешественникам всяческую помощь.
Всё это было Петеру и Кнуду неизвестно ранее. Они ничего не знали об этой задумке. Предприятие двух друзей сразу показалось Петеру и Кнуду безрассудным. Они решили сразу же отправиться на север, на поиски Миккельсена и Иверсена. То, что пара не объявилась в Туле ещё до отъезда Кнуда и Петера, могло означать, что друзья оказались в затруднительном положении.
Петер и Кнуд отправились в Upernivik, где почтмейстер мог бы что–нибудь узнать о Миккельсене и его спутнике.
Скоро погода испортилась, начались бури. Upernivik находился на маленьком острове. Добраться туда можно было только по льду. Но лёд был очень тонкий и не держал совсем. В поселении друзья нашли эскимоса, который был готов доставить на остров письмо от них. Он пользовался санями и каяком попеременно.
Эскимосу удалось перебраться на остров. И тогда друзья решили последовать за ним.
Сначала всё шло хорошо, но потом лёд стал опять слишком тонок. И назад вернуться уже не было возможности. Позади сильный ветер разорвал корку люда в клочья. Собаки падали постоянно в воду, пришлось остановиться совсем. На берегу друзья увидели каких–то людей, которые пытались им помочь. Эти люди зажгли костёр и сильно жестикулируя, подавали какие–то непонятные знаки. Скоро пришла темнота. Петер был уверен, что эту ночь он не переживёт. Друзьям пришлось сидеть по одиночке вдали друг от друга, чтобы распределить свой вес.
Всю ночь Петер думал о своей жене и о том, как она ему дорога.
На утро началась спасательная операция, которая длилась много часов. Эскимосы ползком медленно ползли к Петеру и Кнуду. Были брошены верёвки. Часами медленно друзей вытаскивали на надёжный лёд.
В доме почтмейстера пришлось провести три недели, так как лёд совсем расстаял.
Наконец Кнуду пришло в голову, что перебраться с острова на берег можно попытаться на маленькой лодочке, что друзьям в конце концов удалось.

Петер и Кнуд забрали Наварану и решили возвращаться назад в Туле.
Сравнительно мягкая погода сменилась внезапно ужасным холодом. Как на самом деле холодно, установить уже было невозможно, градусника не хватало.
У эскимосов была своя система определения температуры.
Они говорили «Моча течёт вверх». Они имели в виду, что жидкость замерзает ещё до того, как достигнет льда, то есть земли. И замерзает сосулькой сразу же. Холод был настолько ужасен, что пришлось строить иглу и жить там трое суток.
Это фото сделал Кнуд в 1912 году
802x479 px

Вернувшись назад в Туле, Петер и Кнуд стали собирать экспедицию на поиски затерявшихся Миккельсена и Иверсена. Они хотели, двигаясь вдоль северного побережья, обогнуть пик Гренландии и отправиться к восточному побережью. В пути надеялись найти следы обоих товарищей.
В помощь были выбраны два опытных эскимоса. Один был тесть Петера Uvdluriaq, другой — молодой охотник Inukitsork. Эти двое согласились сопровождать экспедицию, но наотрез отказывались от оплаты, объясняя свой отказ тем, что хотели бы посмотреть ими ещё неизведанные земли. Несмотря на уверения Петера, что людей в тех местностях нет.
Вечером перед отъездом Петер и Кнуд сидели вместе и разглядывали карту Гренландии. Тут вошёл тесть Петера, который видел эту карту впервые. И он предложил, почему бы не ехать напрямик. Прямо к фьорду Danmark.
Конечно придётся идти по льду. К тому же там пустыня, совсем нет животных.
На что эскимос сказал, что лёд везде лёд. И они возьмут просто напросто ещё больше съестных припасов.
Карта кликабельна.
2800x4858 px

Кнуд спросил Петера, возможна ли ориентировка на такой местности. На что Петер ответил, что солнце и звёзды есть всегда.
К полозьям саней были прикреплены широкие полосы из кожи моржа, чтобы сани не так быстро проваливались в мягком и влажном снегу. Провианта пришлось брать много, если учесть ещё корм для собак.
Всего к началу поездки было 34 саней. Выехали в апреле 1912 года. Каждый день оставляли одни сани назад пустыми. Весь путь занял 11 дней. На самом деле 19 дней, так как из–за непогоды приходилось останавливаться и пережидать непогоду.
Отдыхали недолго. Решили есть только во время движения, что было хорошим стимулом оставаться в движении.
Петер определял курс со своими инструментами. Кнуд так и не научился обращаться с ними. Он и так без проблем находил дорогу. Но теперь, внутри острова, без инструментов определить траекторию пути было невозможно.
Каждый день около 12 часов Петер определял их местонахождение. Он часто оставался позади группы, чтобы произвести свои замеры. Иногда случалось, что догнать своих спутников удавалось не сразу. Один раз Петер заблудился и нашёл их случайно. Следы на льду исчезали мгновенно, так как постоянно дул ветер, сметая и завихряя снег, похожий на муку. Снег забивался везде, в одежду, инструменты, сумки.

Но хуже всего было действие солнца и холода на кожу. Кожа лица буквально через сутки начала сильно шелушиться, воспалилась и стала очень чувствительной.
Глаза тоже пострадали. Солнечные очки не помогали совсем. Каждый раз, когда Петеру приходилось смотреть на солнце во время своих замеров, ему казалось, что в глаза ему впиваются раскалённые ножи.
Времена, когда начиналась снежная буря, были отдыхом для глаз Петера.
Иглу они строить не могли, поскольку снег был слишком мягким. Ставили палатку, которую они засыпали на одну часть снегом.
Собак сначала привязывали к чему–то тяжёлому. Но потом они были такие замученные, что оставались не привязанные и всё равно оставались лежать на месте. Кормили собак мясом каждые вторые сутки.
Кнуд был поваром для людей. В таких условиях нужно было много пить. Вода добывалась из снега. Но для этого приходилось глубоко копать. Оледеневший снег из глубины тает намного быстрее чем мягкий снег на поверхности.

300x372 px

Одного дня Петер, исходя из своих расчётов и карт, объявил, что скоро они увидят землю. Это было конечно предположение, потому что Петер не знал, как на самом деле далеки горы, которые видно на большой равнине.
На следующий день ледник стал потихоньку исчезать с горизонта, и показались горы. Люди были так обрадованы и возбуждены, что не хотели делать никаких остановок. Каким–то образом собаки тоже почувствовали близость земли и бежали что есть мочи. Вскоре под снегом стало видно голубой лёд, а затем снег вообще пропал. Собакам было очень трудно двигаться по гладкому льду. Но возвращаться назад было уже невозможно. Они не ехали уже, они скорее падали из–за большого наклона. Что ожидало впереди, никто не знал. Потихоньку продвигались вперёд.
Скоро было выяснено, что ледник шёл резко вниз почти под прямым углом, падать вниз было около 20 метров.
Чтобы продвинуться дальше, нужно было преодолеть это препятствие.
Для спуска использовали гарпунные ремни, сделанные из кожи морского котика, при этом забыв отсоединить сами гарпуны. При спуске один из гарпунов впился Петеру в бедро.
Еды опять стало не хватать. Здоровье Петера ухудшилось. Рана вызвала кровопотерю. А они всё же находились в пустыне. Да ещё глаза Петера так сильно воспалились, что он уже почти ничего не мог видеть.
Петера оставили одного с несколькими собаками для охраны и отправились на охоту. Петер даже не заметил в своём состоянии, что его спутники отсутствовали пять суток. Всё вокруг было затянуто густым туманом, поэтому удалось убить только двух кроликов, что было существенно мало. Опять пришлось жертвовать собаками.
Стало понятно, что пора сматываться с этого места.
Было решено идти вдоль реки, которая брала истоки в леднике.
Петера опять оставили назад. Нужно было найти пищу. Двигаться по реке оказалось чистой пыткой. Лёд реки был ещё более скользкий. Собаки не могли толком стоять. Приходилось толкать сани и бить собак плёткой, чтобы хоть как–то продвигать вперёд.
Внезапно собаки побежали быстрее и охотнее. Они почуяли еду. Петер наткнулся на оставленный лагерь его друзей, которые пошли вперёд ради охоты. Собаки жадно бросились на валявшиеся кости с остатками мяса. Петер тоже осмотрел остатки еды своих друзей. Он подумал, что это должно быть кости овцебыка. Он поднял одну из них и жадно начал обгладывать ещё оставшееся мясо. Краем глаза Петер заметил куски шерсти и оскалившиеся зубы собаки. Он с отвращением выбросил кость, это были останки собаки, которую пришлось убить его друзьям, чтобы не умереть с голоду.

На следующий день Петер догнал своих спутников. Они были так же изморены дорогой и голодны. Охота не удалась совсем.
Кнуд вспомнил, что в рюкзаке были ещё парочка полосок кожи моржа, которые они вначале путешествия привязывали к полозьям саней для лучшего скольжения. Но их нужно было варить. А петролиума осталось совсем мало.
К счастью нашли очень много растений кассиопеи четырёхгранной. Это растение растёт по всей Гренландии. И даже если оно зелёное и цветёт, горит оно очень хорошо. С помощью него получилось разжечь огонь.

Сварили эти ужасные куски кожи за неимением другой пищи.

Глаза Петера стали немного лучше. После обеда все улеглись отдыхать. А он решил попытать счастья и отправился на охоту один. Ему повезло. После трёхчасового бега на лыжах он наткнулся на свежие следы трёх овцебыков.

Всех троих взять с собой было конечно невозможно. Поэтому Петер вырезал языки и мясо из грудного отдела. Для снятия шкуры не было времени. Петер разрезал только желудки, чтобы мясо не испортилось. Газы из желудка воняют ужасно и портят мясо. Оно приобретает неприятный привкус.

Эти три овцебыка спасли всю компанию. Вскоре друзья добрались до фьорда Danmark.

самого фьорда друзья увидели вдалеке что–то сверкающее. Это были полозья от саней — маркировка очередного депо. Друзья подумали, что это остатки летнего лагеря экспедиции Эрихсена ( Mylius–Erichsen), которые погибли. Но в лагере не было никаких записок и дневников.
Позже уже в Дании Петер узнал, что в лагере до них был Миккельсен со своим другом, на поиски которых Петер с друзьями и отправлялся.
Миккельсен подобрал дневник Эрихсена, при этом не оставив никакой записки. У путешественников есть правило, что нужно оставлять сообщения. Так бы Петер с друзьями знали, где искать Миккельсена.

Друзья в поисках прошерстили фьорды Hagen и Independence. Затем направились в Peary Land. Погода стояла хорошая. Петер везде делал замеры и наблюдения. И дополнял топографические карты. Затем отправились на кап Knud Rasmussen и добрались до фьорда Brönlund. Поверхность льда становилась всё хуже, стало труднее продвигаться вперёд. Петер хотел добраться до южной стороны фьорда Independence. Но Кнуд сказал, что времени мало, что у Петера на всё исследование фьорда есть только 24 часа.

Independence fjord april 2006

Петер ясно видел ледник Academy и был уверен, что найдёт там следы экспедиции Эрихсена а так же Миккельсена. Кнуд отказался сходить с пути и отправился дальше. Петер решил пробираться пешком по тающему и от этого рыхлому льду. Петер уже потерял друзей из виду и провалился в воду. При падении он потерял свой ценный инструмент для определения местонахождения — теодолит
Прибор можно было чётко видеть под водой. Петер решил нырять. После трёх попыток аппарат был спасён.
Весь промокший и злой, что вынужден прекратить свои исследования, Петер пошёл догонять своих товарищей.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.